Tarnished Silver

by HamGravy

Rating: mature
Tags: Silver Spoon, Rarity, Tragedy, Sex, Sweetie Belle, Diamond Tiara, My Little Pony: Friendship is Magic, Dark, Alternate Universe
Length: 15795

I know what you did, Rarity. It was unforgivable. And I'll tell everyone. Unless you do it to me.

Who is Silver Spoon? Is she nothing but a timid little follower, or does she have a will of her own? And what if she wants more than to just follow other, meaner ponies around? What if, deep down, she longs to be the target of their cruelty and abuse?

This is the story of a little pony who falls in love with a monster.

[Part of the Tarnished Silver series. Please see my user page for the reading order.]

Published 2012-06-22 23:04:02 UTC
Last updated 2014-02-21 04:33:40 UTC

Tarnished Silver

Silver Spoon kept her eyes closed tight, remembering the events from earlier that afternoon. She pictured herself right where she belonged: following Diamond Tiara. They had been at the schoolyard, when Tiara had spotted her favorite target playing with her friends. Silver Spoon recalled the look on Sweetie Belle's face as she and Tiara began laughing at her.

“You hurt her feelings,” said Silver, now lying on her bed hours after the fact. She was alone in her room, but her words were for Diamond Tiara. The gray filly parted her legs as she lay alone. Lying on her belly, she enjoyed the feeling of the soft sheets against her body. Almost unconsciously, she pressed her crotch down on the bed, moving her body so the silk sheets gently rubbed up against the outer lips of her fillyhood.

As she did this, she focused on her memory. It was still fresh in her mind, only two hours old. Silver had laughed at Sweetie Belle, and, taking her cues as always from Diamond Tiara, had begun chanting “Smelly Belle! Smelly Belle! Worthless blank flank, dumb as hell!” The two rich ponies had pointed and laughed at Sweetie as the little unicorn's eyes filled with tears.

In the present, Silver Spoon relished the memory as she began grinding harder against the sheets. “That's it, Diamond...” she said, “my priceless diamond....hurt her. HURT her...” Her cunt grew warmer as she thought of Diamond Tiara laughing, viciously, mercilessly. A small puddle of slick arousal began to form on the sheets beneath Silver's crotch. Silver felt it, and began slowly moving her hoof toward her thighs...

Sweetie Belle had started crying. Silver Spoon remembered the miserable look on the unicorn's face perfectly. For her, however, the real enjoyment didn't come from seeing Sweetie suffer. She had nothing against Sweetie Belle in particular. But she relished the look of vicious glee on Diamond Tiara's face as she crushed the feelings of another pony, simply because she could.

“Yes...” said Silver Spoon, as she lifted her lower region ever so slightly off the bed, just enough to make room for her hoof. Silver Spoon shuddered with pleasure at the sensation, as she delicately caressed her inexperienced nether lips...

“Smelly Belle! Smelly Belle! Worthless blank flank, dumb as hell!” The two of them had continued chanting until Sweetie Belle had run away from the playground sobbing.

That's when Silver Spoon's favorite moment of the day had happened. She bit her lip and rubbed herself harder, as the memory played in her head.

Diamond Tiara had turned to Silver Spoon and said “Hey! She got away! Why didn't you run after her? I wasn't done!”

Silver Spoon hadn't known what to say to that. She stammered out a “I didn't know you wanted me to-” before Diamond interrupted her.

“Well, I didn't think I NEEDED to tell you something so obvious!” Diamond had said, “You know, Silver, you're lucky I let you hang out with me. If it weren't for me taking pity on you, you'd have no friends at all!” With that, Diamond had trotted off by herself, leaving Silver Spoon on the brink of tears.

Silver Spoon had run home and buried her face in her pillow. Her sobs were even more pitiful than Sweetie's had been, and lasted for what seemed like hours. Not just because Diamond Tiara's words were hurtful, but because deep down, Silver knew they were true.

After she was done crying, she just lay there on the bed, thinking of the events leading up to the insult. She played it over and over in her head, until the pain somehow transformed into something different, and then Diamond's harsh words had become something more than just a hurtful insult. They became beautiful, glorious in their cruelty. She loved seeing Diamond mistreat other ponies, even as Silver silently pitied them. But the heartbreaking sting of Diamond treating her the same way was somehow even more wonderful.

Silver Spoon rubbed herself harder and harder, her young hole dripping juices onto her hoof. “Oh, Diamond,” she moaned. “You're so mean...even to me...you made me cry just like Sweetie...” She rubbed herself faster and faster, as her undeveloped fillyhood twitched with pleasure. This wasn't the first time she had touched herself, but this time felt different. This was the first time she had done this after Diamond Tiara had been mean to her instead of another pony. It made everything so much more intense, so much more real. She felt like her body was taking her somewhere she'd never been before, and she was almost there...

“I cried so hard...because it came from you....my shining diamond...yes!...only you can hurt me like that...so deep down inside...it hurt so GOOD...”

“SILVER SPOON, ARE YOU HOME?”

Diamond's voice echoed through the halls of the Silver Family mansion and made its way to Silver's ears, shaking her out of her pleasurable reverie. “Dammit!” she thought. “I was so close...”

Silver knew that Diamond would be in her room in a few moments. There wasn't much time. She quickly threw a blanket over the wet spot on her bed. But Silver's hoof was still dripping wet. With no other recourse, she licked her hoof clean, allowing herself only a moment to savor the tart, intense flavor of her own arousal. She closed her eyes and imagined she was tasting Diamond Tiara.

A moment later, just as Silver had finished cleaning herself up, Diamond Tiara staggered into the room. Silver Spoon could tell immediately that something was wrong.

Diamond Tiara's mane was a mess. There seemed to be a few small cuts on her flank, and one fairly sizable one right over her Cutie Mark. Diamond's trademark tiara was nowhere to be found.

Silver Spoon didn't notice any of these things at first. What shocked her was Diamond Tiara's expression, and the empty, sad look in her eyes.

“Silver Spoon...” she said, in a trembling voice. “She....did things to me...I...she wouldn't stop...why wouldn't she stop? Why would a mare want to touch a filly...like that?”

“Diamond, what are you talking about?”

Diamond Tiara stared right into Silver Spoon's eyes, with a look of terrible desperation. Then, all at once, something inside the little filly broke. She collapsed to the ground and covered her face with her hooves. Then she began to scream.

“IT HURT! IT HURT!” she screamed while Silver Spoon looked on, horrified. “I'm not okay anymore! I'm so ugly! I'm so ugly!”

Silver Spoon tried to hug her friend, only to be pushed away. This wasn't the usual, confident dismissal Diamond typically gave to those who annoyed her. This was done purely out of fear.

“No...please, no...don't touch me...no one touch me...she wouldn't stop...to both of us....”

“Both of us?” asked Silver Spoon.

“She made her watch!” cried Diamond. “She made her watch what she did to me...she was so...so...cruel...and vicious....she hurt me just because she COULD...what kind of pony does that sort of thing?”

“I wouldn't know,” said Silver Spoon, trying her best to sound sincere.

“Yes, you do....” said Diamond. “You're just as ugly as me!”

Silver Spoon shook her head. “Diamond, you're not ugly,” she said, completely forgetting herself, as usual.

“YES I AM! She said so...and she...wouldn't stop...she wouldn't stop until I knew it was true...I'm ugly...so ugly...inside...”

Diamond began to cry. “It still hurts...it hurts so much...I deserve it...but it hurts...”

Silver was fairly certain by this point she knew what had been done to her friend. Her mind reached back to a night not long ago, when her mother had returned from a ball in Canterlot prematurely. She hadn't heard much, just her telling Silver's dad that she would never associate with “those” sorts of society ponies again. Then came one of her mother's usual tirades. She remembered hearing about “sick foalophiles,” and some sort of secret club. When Silver managed to look up the definition of “foalophile” a few days later, it all made sense.

And there was one other thing she had overheard that night. A name.

“Diamond,” said Silver Spoon, “Did Rarity do this to you?”

Her friend managed a slight nod.

Then, without a word, Diamond Tiara crawled into Silver Spoon's bed and laid down.

She remained there the entire night. She did not sleep. She did not speak. She simply lay there and sobbed.

Silver Spoon spent the night lying next to her, but to her own surprise, she didn't think very much of Diamond Tiara. She was thinking of Rarity. And making plans for the next day.

*******

Rarity had been different once.

There had been a time when the awful desires she now fully embraced had been nothing more than an echo in the back of her head; a small, nagging shadow of an idea. Only occasionally, in her most private moments, did she dare to give those ideas any real thought.

But as time passed, those ideas had grown in her mind, refusing her continuing efforts to shut them out. She had always known that she was capable of things that most ponies would never dream of. More importantly, she had learned, from a very young age, that remorse and empathy were concepts she had fully transcended.

All it had taken was one unforgettable night for Rarity to free herself from the shackles of her own doubts. Since that night, now years past, Rarity had lived a very successful double life.

There was the fussy fashion designer she wore as a mask. And there was the real pony underneath; the one most ponies were lucky enough to never see. But at this moment, on this day, Rarity's mask was affixed as tightly as ever.

“Welcome to Carousel Boutique!” she said reflexively, a moment before actually turning around to see who had entered the shop. “Where every design is chic, unique, and--oh! Oh my!”

Fillies didn't normally come into Rarity's shop unattended, and this was probably for the best. Rarity's normally dignified and elegant demeanor tended to drop slightly when she came face-to-face with a pretty young filly (or the occasional colt) who happened to be without parental supervision. Certain urges tended to arise in these situations, and Rarity always required a moment to compose herself.

This particular filly seemed vaguely familiar to Rarity, although that wasn't at all unusual in a small town like Ponyville. She was undeniably cute, with her oversized glasses and braided mane. And she was young, too, about the same age as Sweetie Belle. Most fillies that age were still ignorant of the adult world, but she found that most of them had begun to experience sexual urges and feelings, without quite understanding them.

In the back of her mind, Rarity was already asking herself the questions she always asked in these situations: “How shall I go about having my way with this one? And how can I make sure she keeps her beautiful little mouth shut?”

While plans swirled in the back of her mind, Rarity did her best not to call attention to her change in focus. Instead, she offered the filly a bright smile, and a cheerful greeting. “Well, hello, dear!” said Rarity to her little customer. “Can I help you with something?”

The filly looked Rarity right in the eyes, with an intensity Rarity had never seen from any grown pony before, let alone a foal. The fierceness of her gaze excited Rarity even more. She loved it when foals posed a challenge. It made it all the sweeter when she eventually broke them.

“Oh my goodness, dear! You seem upset.” said Rarity. “Is there anything I can do to make you...feel better?”

“I know what you did.” said the filly.

On hearing those words, Rarity's state of mind went from arousal to fear. Thoughts raced around in Rarity's head. One of them told. Which one? Was it...no, Sweetie's been trained better than any of them. Maybe Ruby Punch? No, she's also easy to control. She's so desperate for a stable mother figure, thanks to her mom the pathetic drunk...maybe it was Pip, then. Perhaps the little wimp has finally grown a backbone. Or it could have been...Stop it, Rarity! You're overthinking this.

Rarity did her best to shake off her doubts. There was still no reason to think that this accusation had anything to do with what she sometimes referred to as her "hobby."

“I'm sorry dear, but I'm sure I don't know what you mean!” said Rarity to the filly, who seemed unimpressed.

“Yes you do,” said the young gray pony. “My name is Silver Spoon. I'm Diamond Tiara's friend. She came to see me yesterday. She said your name.”

The filly walked toward Rarity, who found herself backing away from her slightly.

“You really hurt her. No, more than that, it's like you...you BROKE her. Like you took something out of her and just...threw it away.” The gray filly's voice shook as she spoke. Rarity stopped backing away. “I don't think she'll ever get better.”

Rarity cut her off here, trying to feign anger. “I don't know what you're talking about, little filly, but if you think you can just accuse a grown pony of, um, beating up your friend-”

“You didn't beat her up,” said Silver Spoon. “Diamond wouldn't have reacted the same way if that was all you did. You...you touched her, didn't you?”

Rarity winced. She didn't think it would end like this. In her darker moments, she always figured she would come to a bad end for the things she had done, but she always pictured some sort of confrontation between herself and a parent, or perhaps the authorities. Being confronted by a foal, let alone one that she had never been with, had never crossed her mind.

“I've heard things,” said the filly. “About grown up ponies who like to have sex with foals. Even when the foals don't want to, even when it hurts them! That's what you're like, too, isn't it? You're that kind of pony.”

Rarity knew she'd be found out, but she refused to give up any ground. She decided to try shifting the subject. “Goodness, my dear,” she said, in as even a tone as she could manage, “wherever did you learn that word?”

“Sex?” said Silver Spoon, “yes, I know what sex is. Only a few ponies in my school know what it is, but I'm one of them. But Diamond Tiara...”

Silver Spoon shook her head, as if to deny the harsh reality of what she was about to say. “Diamond Tiara didn't know about sex! She was completely...innocent! Until you...until you...” Silver began to advance on Rarity again. But this time Rarity didn't move.

“Until I what, darling?” Rarity's voice was suddenly cold and spiteful. “Until I put the little bitch in her place?”

Silver Spoon gasped.

“She teased my sister,” said Rarity. “Sweetie Belle came here yesterday in tears, and your friend was chasing her. She made my sister cry.”

Rarity's horn glowed for a moment, and Silver Spoon heard the front door lock behind her. “So yes, I took the little bitch to the back room, and I showed her exactly what it's like to be bullied...in my own special way. I even let Sweetie watch, and join in later. And oh, what fun we had!”

At that moment, Silver Spoon saw something in Rarity's eyes. She saw a joy, an excitement at the thought of harming another pony. She had seen the same thing in Diamond Tiara's eyes so many times. But this was different somehow...

“Oh yes, dear, you're quite right when you say that she was ignorant of sex,” said Rarity. “The dumb little foal didn't seem to be fully aware of what was happening. Not when I held her down. Not when I made Sweetie pry her legs open. She was totally oblivious of my true intent, until the moment I destroyed her worthless little maidenhead.”

Silver Spoon could not stop staring at Rarity. There was so much cruelty in her voice, and so much sadistic glee. And beyond that, Silver Spoon saw something else.

“Oh yes, I remember it quite clearly, darling. The look of shock and confusion on her face, the horror as she looked down and saw the blood leaking from her cunt. And then the beautiful, beautiful screams...”

Silver Spoon was sure of it now. Rarity hadn't just broken Diamond Tiara. She had surpassed her. Here was a pony whose cruelty outshone Diamond's in every possible way. A pony whose joy at the destruction of another went far beyond anything Diamond had ever been capable of.

Almost any other pony would have been filled with disgust at Rarity's display. But Silver Spoon looked in Rarity's eyes, and saw something beautiful.

“So, then, dear, what is it you want from me?” said Rarity. “I know you haven't told anyone about this. If you had, they would have come with you, and I'd probably be locked in a cell by now. But you came alone. And threatened me with your knowledge.”

Silver Spoon nodded weakly, entranced at Rarity.

“So, do you mean to blackmail me, then?” asked Rarity. “I've heard of your family, you know. The Silver family is the second richest family in Ponyville. You couldn't possibly want money, so...what do you want?”

If Rarity had asked Silver this question when she first walked in, Silver would not have known the answer. But now it was crystal clear in her mind. Silver Spoon knew exactly what she wanted from Rarity.

It was a decision made in utmost haste, with no forethought or planning. Silver Spoon had no idea, in that moment, that she was about to make the most important decision of her life. She could not begin to understand what she was setting in motion.

All she understood was her own desire.

She motioned for Rarity to come closer. The white unicorn complied, kneeling down so Silver Spoon could whisper in her ear.

“Do it to me,” she said. “Touch me the way you touched her.”

Rarity staggered back, utterly shocked.

“And Miss Rarity?” said Silver Spoon, “Make it hurt.”

*******

“Silver Spoon?”

Diamond Tiara lay in Silver Spoon's bed, where she had remained for an entire day now. She'd just woken up, after sleeping straight through most of the day. Her first thought was one of relief. She had been afraid to fall asleep. She was afraid of what sort of dreams she might have.

But to her pleasant surprise, she dreamed of nothing at all. It wasn't that she didn't dream that night. It's just that she had dreamed of literally nothing. Of a complete and total absence of everything, even – especially – herself.

It had been a wonderful dream. She was sorry to leave it.

She still didn't move. The place between her legs still hurt so much. What was it Rarity had called it? Her “cunt.” But then she had also called Diamond herself a cunt. She wasn't sure which was which.

She wasn't sure of anything anymore.

Diamond Tiara wished she could hate Rarity for the things she had done. For putting her hoof, and then her..."toys..." inside her body. “Is that something all mares do?” she thought. “Do all of them put things in there? Is that what I'll do when I grow up? Will I...like it?"

Suddenly Diamond Tiara was terrified of growing up.

She wished she could hate Sweetie Belle, too. Rarity had all but ordered her to lick Diamond...there...and told her to hold Diamond in place when Rarity forced things inside her. And it almost seemed like Sweetie didn't want to. But later that day, when Rarity had gotten bored with violating her and simply kicked Diamond to the ground like a used-up toy, Diamond had caught a glimpse of Sweetie Belle. She had never left, even for the parts when she didn't join in. And in that moment, Diamond noticed something in Sweetie. A small, but real, satisfaction. Beneath her tears and her fear, some part of Sweetie Belle loved seeing her sister make Diamond suffer.

Diamond had thought about this for some time, while she was lying there in Rarity's bedroom, in a puddle of her own blood and tears. Sweetie Belle was usually so nice. How could she take so much happiness in my pain?

Then a small voice in the back of Diamond's mind had replied, “If Sweetie is so nice, why are you always so mean to her?” And then it had all made sense. Then she knew why she couldn't hate either of them. Because neither of them deserved hatred as much as Diamond Tiara herself.

“Silver Spoon,....” said Diamond Tiara. She knew Silver was there on the bed with her. She never left her side when they slept in the same bed. She would always lie there on the opposite side of Diamond. Sometimes Silver would try to cuddle with her, but Diamond always pushed her off, usually angrily. And so Silver had learned to sleep on the opposite side of the bed, to minimize the chance of physical contact. Whatever made Diamond happiest.

“Th...thank you...” said Diamond weakly to her friend. “I know I'm sometimes...hard to be friends with. But you're always there for me. You know, I didn't come home last night, and I bet my dad didn't even notice. He hasn't come to look for me at all, has he? And that's okay...I wouldn't want him to see me like this. But you...you stayed right here by my side. Thank you.”

Silver Spoon didn't answer.

“Um...if you want...you can cuddle with me. I know you...like to do that. It's okay. This one time you can hold me. I think...I'd like someone to hold me...as long as it's gently.”

There was still no response.

“Silver, are you mad at me? Say something!” Diamond sat up. The pain in her marehood exploded as she finally moved. She winced, but forced herself to turn over. “Silver, please, I need you right now! I'm so...”

There was no one there.

“Alone...”

Where Silver Spoon normally slept, there was a note, written in the gray filly's handwriting. It read simply, “WENT TO RARITY'S. I'LL TAKE CARE OF THIS.”

Diamond Tiara picked up the piece of paper and crumbled it into a ball, then screamed as she threw it across the room.

“No no no no NO NO NO!” she cried. “How could that little bitch forget about me! How could she turn her back on ME? Who the hell does she think she...”

To one side of Silver Spoon's bed there was a large, ornate mirror. While she had been lying down, it had been out of her field of vision. But now, Diamond Tiara saw herself fully reflected in the glass.

She looked awful. Her hair was a mess. There were bruises all over her body. But none of this bothered her. What repulsed her, to the point of disgust, was the furious expression on her face.

Diamond Tiara silently stepped off the bed. She walked over to where she had thrown the note, and picked it up in her mouth. She did her best to uncrumple it and smooth it out. Then she took it with her as she crawled back into bed.

The little filly held the paper close to her heart as she began to cry again.

“I'm sorry...” said whispered. It was not a phrase she used often.

At that moment, on the other side of town, Silver Spoon walked into Carousel Boutique.

*******

If there was one thing Rarity had learned over the last few months, it was that foals were unpredictable. This was particularly true when she was pursuing a foal who she had not had her way with yet. Just when she thought she'd had them figured out, they always threw something new her way. She enjoyed that, however. It kept the game fresh and exciting, and made it all the more rewarding when she eventually ensnared the little darlings and made them hers. When it came to her “hobby," Rarity had learned to expect the unexpected.

This, however, was something completely new. A filly had walked into her store and, without any real provocation, asked Rarity to “molest” her. Every other foal had needed coaxing and convincing before they could lured into her den, but this one...this one had ASKED for it. Rarity was completely flabbergasted.

“You....you don't know what you're saying, dear!” she said, looking around nervously. “The word 'molest,' it...it doesn't mean what you think it does!”

“I know what it means,” said Silver Spoon. “Miss Rarity...please.”

The school-age filly got up on her back legs and kissed Rarity hard on the mouth. It was an awkward, slobbery kiss, which was understandable since it was Silver Spoon's first. For a long time she had hoped that her first kiss would be with Diamond Tiara. As time passed, and she realized how unlikely this was, she decided that when she did have her first kiss, no matter who it was with, she would picture Diamond and imagine kissing her.

But when the moment came, Silver Spoon thought only of Rarity.

But it did not last, as Rarity jumped away from Silver Spoon, breaking the kiss and sending Silver falling to the ground.

“How...how DARE you?” snarled Rarity angrily. “I don't care what you've heard about me, but what makes you think I'm desperate enough to make time with you, you presumptuous little brat?”

“No, wait, I'm sorry!” said Silver. “I thought you liked foals....”

“I like foals for their innocence, and there is nothing innocent about you!" Rarity said. "Let me guess, you've got a complex because your daddy comes to visit you in bed at night, and now you go around giving yourself to grownups because you don't know how else to relate to them?”

“No, it's not like that!” said Silver Spoon. “My dad has never touched me. No one has. Not even-”

“I don't care!” shouted Rarity. “You come in here and pathetically throw yourself at me like, like some sort of common BEGGAR, and you think I'm going to be aroused? You stupid little whore!”

Silver Spoon was close to tears. “I'm sorry!” she yelled. “I just...you're just so...you hurt my best friend...you hurt her so bad....and you're the most beautiful pony I've ever seen...”

“Excuse me?” said Rarity.

“Diamond Tiara...she used to hurt other ponies..she'd laugh at them or push them around. And I would help her, because I loved seeing her hurt them. I loved how she stood above every other pony in my school. So perfect and strong and merciless. Sometimes she would even hurt me, the only friend she had. That's how she is. She crushes everyone else beneath her. She's beautiful that way.”

“She didn't crush me,” said Rarity coldly.

“I know,” said Silver Spoon, a smile forming on her face. “Because you crushed her first. No, more than that, you absolutely SHATTERED her. You should see Diamond Tiara now. She's a complete wreck. Won't talk, won't laugh, won't do anything but lie in bed and cry. You did this to her. You hurt her worse than anyone ever could, and you hurt me too...and that makes you more beautiful than she ever was.”

“Child,” said Rarity. “I don't care about your schoolyard crushes. Leave. Now.”

“No, please!” said Silver Spoon, “You can do anything you want to me! I won't tell!”

“What I want is for you to leave,” said Rarity. “You disgust me.”

“But-”

“Look at yourself!” said Rarity. “You're nothing but Diamond Tiara's sad little shadow! You follow her around, you bleat out whatever taunts she tells you to, and you take her abuse when there's no one else to abuse.”

“Yes...” said Silver Spoon. “That's me...but I don't want to be hers anymore! I want to be yours. Please...”

“Darling, I've already had your precious Diamond Tiara. And if I get the urge to rape that little hole again, believe me, I'll find a way. So what in Equestria could I possibly want with YOU?” Rarity could see Silver Spoon wince at the rejection. She decided to keep pushing.

“The truth is, dear, I've already had the real thing. And you're nothing but a pathetic, ugly imitation.”

With that, she kicked Silver Spoon in the stomach, sending her flying across the room.

The filly lay in a heap against the wall, sobbing quietly.

Silver Spoon had never felt worse in her life. Even at the height of her cruelty, Diamond had never managed to hurt her like this. Diamond's barbs and insults were usually generic, rarely hitting Silver's core like they had yesterday. But Rarity saw through everything, and somehow had found the perfect thing to say to Silver to hurt her.

To hurt...her...

“Make it hurt.”

That's what she had asked Rarity to do. And she had. Oh, Celestia, had she ever. Rarity had lanced Silver Spoon through the heart, crushing her so effortlessly that Silver wasn't even aware of what she had been doing until it was too late. Silver Spoon felt worthless, rejected, alone.

Rarity truly was magnificent.

Still sobbing, Silver Spoon moved her hoof toward her thighs. She began to rub the area around her cunt. But just as she was about to begin touching her cunt, she heard a voice.

“Stop.”

Silver Spoon looked up. There was Rarity, sitting on the floor, rubbing her own cunt with her hoof. She was absolutely soaked, and staring right at Silver Spoon. Bringing the foal to such a state of misery had proven the perfect aphrodisiac.

Silver Spoon obediently moved her hoof away from her hole, but otherwise did not move. Rarity smiled.

“I had a thought,” said the mare, as she continued touching herself. “All of my other playmates are interesting in one way or another. But you? You're boring. You're nothing. Nothing but a sad little parody of a much more beautiful foal. And you know it, don't you?”

Silver sniffled, and nodded.

“A change of pace might be nice,” said Rarity. “Even though the thought of a foal who actually WANTS me to touch her is...ugh...less than appealing. There's no thrill of the chase, you see, no joy of conquest.”

“Would you like me to -”

“Quiet, you little wretch,” said Rarity. She paused for a moment to lick her own juices off her hoof. “As I was saying, I thought it might be interesting to try a new approach. I've never actually been with a foal who was willing the first time she was with me. It might be amusing to harm you for a while.”

Silver Spoon wobbled to her hooves. “Th..thank you-”

“Oh for sun's sake, shut up,” said Rarity. “Only someone as pathetic as you would be grateful for another pony's pity.”

Rarity got to her legs and walked over to the staircase behind the counter, which led up to her living area. She did not speak another word to Silver Spoon.

Silver Spoon wasn't sure how she felt about Rarity's offer. A part of her was deeply miserable at the perfectly aimed barbs the unicorn had thrown at her. Another part was terrified at what Rarity might have in store for her if she went up those stairs.

“You should leave,” said a little voice in her mind. “Get away while you still can.”

But there was another part of Silver Spoon which wouldn't let her leave. And unlike the others, this part of Silver held sway over both her mind and body.

The little foal was in pain, both physically and emotionally. She was also more aroused than she had ever been in her short life.

Silver only noticed then that her glasses had been broken in the fall. When she began to walk, they slid off her face, falling to the ground. Without breaking her pace, she stepped on them with one of her back legs, smashing the glass.

It didn't matter. The glasses were purely decorative. Much like Silver herself had always been to Diamond Tiara, they were merely an accessory.

Silver Spoon walked up the staircase to Rarity's bedroom. It took her far longer than it should have; Rarity's kick had hurt more than she had initially realized. Each time she went up a stair, her midsection hurt a little more. Silver's arousal steadily grew in time with the pain. It grew worse and worse as she made her way up the stairs. By the time she reached the top, she had to stop to rest for a moment before continuing. Her young cunt was leaking freely by now, and she took the chance to tease herself by lightly rubbing her hoof over her lips. Silver Spoon let out an ecstatic little shudder, then continued on into Rarity's living area.

Down a narrow, immaculately decorated hallway lay the door to Rarity's bedroom. Despite the pain, Silver Spoon ran down the hall, leaving a trail of her juices all over the carpet. She noticed this, and realized this might upset Rarity. This gave the filly pause. It occurred to Silver that it probably wouldn't take much for Rarity to lose her patience with Silver and simply beat her within an inch of her life.

“Why doesn't that frighten me?” she asked herself. She already knew the answer.

Silver Spoon had reached the door to the lion's den, and could not wait to step inside. She reached up and turned the knob on Rarity's bedroom door.

It was locked.

From inside, Silver Spoon could hear soft, barely audible moans. Rarity was in there. She was touching herself. Or perhaps doing something with (more likely to) her sister. Or another foal.

“She doesn't need me,” thought Silver Spoon. “She's enjoying herself plenty without me there...”

“But....I need her.”

Silver Spoon was about to knock on the door, but stopped herself. Was this some sort of test? Rarity had said she didn't like ponies who “threw themselves” at her. If Silver knocked on the door, would Rarity reject her? Silver couldn't bear the thought.

And yet, she had come so close to her new idol, and all that stood between the two of them was a door. She was so tantalizingly close to her heaven, to being crushed to nothing under the hoof of a beautiful, merciless beast.

Her hoof flew at the door to knock on it. Again, she stopped herself.

“I should wait for her to open the door,” she said. “Knocking would be asking her for something. I don't deserve to ask her for anything.”

She nodded her head, secure in her conviction. “She will lead, and I will follow. Like I did with Diamond. That's who I am...” she said. “That's...all I'm good for.”

“Well done, good and faithful servant,” came the voice of Rarity from the other door. She allowed herself a chuckle.

A moment later, Silver Spoon heard the door being unlocked. She did not move.

Two minutes passed. The filly waited.

“Good. You neither asked to be let in, nor barged in without my permission. Now you may enter.”

Silver Spoon entered the bedroom and nearly gasped at the glorious sight before her.

There was Rarity, lying on her bed, panting heavily as she fucked herself with a large red dildo. She worked the tip slowly in and out of herself, in a manner that seemed almost casual.

But the truly wonderful thing about the room was the atmosphere. Rarity must have had at least one orgasm while Silver was waiting to be let in, because the aroma of Rarity's arousal permeated the room. Silver Spoon breathed it in and felt intoxicated.

“Just so you know,” said Rarity, without interrupting her stroking. “If you had knocked, I would have pushed you down the stairs and then expelled you from my home. I would never have let you within 20 hooves of me again.”

The very thought caused Silver Spoon to wince involuntarily.

“I tell you this because I want you to understand something,” continued Rarity, increasing the pace as she continued to pleasure herself with the toy. “There are other foals I could be with right now. Beautiful, innocent children, unspoiled and untarnished. Blank canvases for me to paint on.”

Rarity stopped speaking for a moment and pushed more of the dildo inside herself, increasing her pace as she went. She closed her eyes, bit her lip, and smiled.

“Do you know a colt named Pip?” she asked.

“Um, not well. He's a few years behind me in school,” said Silver.

“Yes, he is a small thing, isn't he?” said Rarity, her eyes still closed. “It seems that he enjoys fear, the little angel. So I've decided to make him afraid. Always. I've been following him, you see, and do you know what I did a few weeks ago? I grabbed him off the street as he was coming home from school. A simple sleep spell, he never saw it coming. Then I took him back here, woke him up, and I broke him. I barely said a word to him, I kept him blindfolded the entire time. He had no idea who I was. I hit him, bit him, kissed him, licked him, and then finally, sodomized him while he screamed for his mother. And when his beautiful, tiny little colt cock had its first orgasm...oh yeeees, little colts make the most wonderful noises...I smeared his own semen all over his body, and then put him back where I found him.”

Rarity was using both hooves now, forcing the dildo deeper into her cunt with ever-increasing vigor.

“He'll never know who did this to him. He'll wonder if it was all a nightmare, until the next time it happens. I'll wait several months, of course, and then I'll do it all again. That's when he'll learn to fear me. Because he won't know who I am, but he'll know that I can come for him at any time, just come steal him away and force his body to do terrible things he doesn't understand....and then...and THEEEEEEN-” Rarity squealed as an orgasm surged through her body. She shouted Celestia and Luna's names as her cunt overflowed all over the bed. After it passed, Rarity just sat there, breathing heavily, looking right into Silver Spoon's eyes.

“And THEN,” she finally said, “then little Pip will learn just how much 'fun' fear can be. Because I'm going to become his own personal Nightmare Moon, and he's going to fear me every day for the rest of his life.”

She spoke the last words as if she had just finished reciting a poem.

Silver Spoon stood in awe of what she had just seen and heard. To her, it was like a religious experience to hear Rarity speak of her plans for harming another pony.

The filly wanted desperately to tell the adult that she had just fallen in love with her. But she knew this was perhaps the worst thing she could possibly do. So she remained silent. It was enough just to bask in her depravity, and hope that Rarity would find Silver Spoon worthy of becoming her victim.

“You see, this is what I do,” said Rarity. “I am an artist. I always have been. My medium used to be clothes. Now, it is foals. They are my canvas, and my paintbrushes are abuse, pain, control, and rape. I take these children, and I turn them into whatever I want. My broken, ruined little masterpieces.”

Rarity took a moment to let the image sink in, then continued. “I'm building a private gallery. Once I've broken one foal, I can always come and play with them again whenever I wish. I've amassed quite the collection. And if I'm feeling generous, I might even share my pieces with other...art lovers. Oh, you should see how many of my fellow connoisseurs have had their way with Sweetie Belle. I've honestly lost count. But I digress.”

Rarity removed the dildo from inside herself, and tossed it aside.

“I'm telling you this, because I want you to understand what makes you unworthy of being a part of my gallery. You are not a blank canvas. Someone's already painted all over you. That stupid little bitch with the tiara. You've been her sad little puppet for years now, haven't you? You're already broken. You could never be one of my masterpieces...”

Silver Spoon's heart sank.

“But...” Rarity said. “Art is not my only motivation. Or even my primary one. My main motivation is very simple...”

Rarity rubbed her marehood. “This beautiful hole, and the sweet little bump which sits atop it. It likes it when I touch foals. It likes it when I experience the feel of a tight, undeveloped cunt or a smooth, soft set of young testicles. And when I do these things, my hole and my clit reward me spectacularly. In the end, I suppose it is as simple as that.”

“I...I've got a really tight cunt!” offered Silver, a little desperately. “I mean...I've only ever rubbed the outside, I've never...”

“Been penetrated?” said Rarity. “Well, that's good to know. Because even though you're worthless as an art project, perhaps you could be something else instead. Something on the level of, say, this dildo I was just using.”

Rarity walked over to Silver Spoon, who trembled as she approached. Half out of fear, half out of anticipation.

“You will be my little broken toy, valued beneath all of my others. I will play with you until I am bored with you, and then I will throw you away like so much rubbish.”

With that, Rarity kissed Silver Spoon on the mouth, forcing her tongue down the little filly's throat. After a moment of surprise, Silver allowed her own tongue to mingle with Rarity's. Adult and child tasted each other as a Silver Spoon tried, mostly successfully, to hold back tears of horrified joy.

She was to be Rarity's toy. Her plaything. Just what she had been to Diamond Tiara, but now with someone who truly embodied the malevolence that Diamond could only have aspired to. What a blessing, thought Silver, to be abused and destroyed by one so beautiful...

Her joy was suddenly interrupted by an explosion of pain. In the midst of the kiss, Rarity had suddenly jammed her hoof inside Silver Spoon's cunt. There had been no buildup, no foreplay. Rarity had simply taken what she wanted.

The little filly thrashed wildly as she felt her hymen being ripped apart. Rarity broke the kiss, and began laughing as she worked her hoof further in.

“My, you ARE a tight thing, aren't you, you stupid little trollop?” said Rarity, grinning. “I think you're actually smaller than most of the fillies I've had. Isn't that nice? We found a redeeming quality in you after all.”

Silver Spoon couldn't think straight. Even though her pussy had been more wet than it had ever been in her life during the kiss, she hadn't been ready for this. Rarity was forcing as much of her hoof as she possibly could into her by sheer brute force, violating her in a way that would have been painful for an adult mare, let alone a filly. Involuntarily, she said the first thing that came to mind.

“TAKE IT OUT!”

Rarity stopped. Her smile vanished.

“What...did...you...say?”

Silver Spoon realized her mistake immediately. “No, I didn't mean it! I didn't meant to tell you what to do!”

Rarity spat on the filly's face, and slowly removed her hoof from within her. Part of it was stained red. Rarity lifted the hoof up to Silver Spoon's face so she could see it clearly.

There was silence for a moment as Silver Spoon stared at her own blood dripping off of Rarity's hoof.

“TASTE IT!” screamed Rarity, with a voice that caused all arousal within Silver Spoon to vanish.

Trembling with fear, Silver did as she was told. The tart, acidic taste of her own ruined virginity served only to remind her of the tremendous pain in her nether regions. She felt like she'd been stabbed.

“SWALLOW!” yelled Rarity, and Silver Spoon obeyed. Immediately after she had done so, Rarity slapped her hard across the face.

“I'm sorry!” cried Silver Spoon, holding her cheek, “I wasn't thinking! It just hurt so much!”

“You ASKED me to hurt you! You said you wanted it! Or were you lying? Did you underestimate yourself perhaps?”

“I...I...I don't know!” stammered the filly. “I just know that...that you're wonderful, and all I've ever been good for is to be the shadow of a pony who's better than me, and the only time I've ever really felt noticed or alive is when they hurt me! I'm sorry I couldn't take it, but I can do better! I need you, please, I need you to hurt me!”

“Shut up,” said Rarity. “What you experienced just now was nothing. It just felt bad because it always hurts when a filly loses her virginity. If anything, I went easy on you. I will not do that again.”

Rarity turned and stomped over to her walk-in closet. A moment later, she returned. But now she was wearing a massive strapon, the largest and thickest one she owned.

Silver Spoon had never imagined taking anything that large inside herself. The strapon looked like it would rip her in half.

“Do you have anything to say?” Rarity asked the terrified filly.

Silver Spoon shook her head. She wanted to be Rarity's so badly, but the frightened part of her mind had at least reasserted itself, and it was beginning to overpower her desire.

The filly looked at the patches of red fur near her cunt, and began to panic.

She ran toward the door.

Rarity had anticipated this, and caught Silver in a magic field before she could escape. The trembling foal was magically tossed in the direction of Rarity's bed, and the mare raced after her, jumping on top of her and holding her down.

“Yes, now you'll get your wish, whore...” whispered Rarity as Silver's eyes filled with tears.

Rarity licked Silver's chest and belly, and bit her tiny nipples, all while positioning the huge plastic cock at the entrance to her marehood.

Rarity leaned downward, coming face-to-face with Silver Spoon, who was now too terrified to speak.

“NOW I'm going to make it hurt.”

With that, Rarity thrust herself into Silver as hard as she could. The foal screamed, as her tight young hole was stretched beyond its limits. Silver convulsed in agony, thrashing back and forth, but Rarity held her fast, refusing to give the filly the slightest mercy. Silver Spoon could see a look of ecstasy on Rarity's face as she began thrusting the huge weapon in and out of her. She did not ease herself in or attempt to work up any sort of rhythm. She simply raped Silver Spoon savagely, pounding the horrible toy into her hole over and over again. Silver's cries contained no words, only incoherent moans and shrieks of pain. Each thrust hurt more than the last.

“Yes, oh yes, my little broken toy!” moaned Rarity as she raped the foal. “Such beautiful screams, such a tight, ruined little cunt! Oh, scream for me louder, darling! Let me hear you suffer!” Rarity began thrusting faster and faster, grinning with joy as she abused the filly beneath her.

Silver Spoon could no longer speak or think. She felt as if her body was no longer her own. It had been violated, invaded, and all she could do anymore was scream, cry, and feel the excruciating pain of each thrust. This was her entire world.

With one last forceful thrust, Rarity came. She cried out as a wave of total rapture enveloped her. Rarity's scream of pleasure coincided perfectly with Silver Spoon's last, desperate shriek, before her voice went completely hoarse.

The mare, finally satisfied, collapsed on top of the filly without a single word. In a normal situation, this might have been painful. In Silver Spoon's ravaged mind, it barely registered.

Silver Spoon had spent half an hour sobbing in pain, pinned down by a sleeping Rarity. Eventually, the mare shifted in her sleep, and the huge strapon finally exited Silver Spoon's cunt.

With great difficulty, the filly climbed off the bed and limped over the door. Rarity was still fast asleep. There was nothing stopping her from going home.

Silver Spoon looked over at the sleeping form of the mare who had so brutally violated her. She slept peacefully, with a smile on her face. The strapon was still wet with Silver's blood and juices. It looked like Rarity had managed to get nearly half of it in her cunt.

Silver was amazed that such a monstrosity had been inside her. Even more than that, she was still taken aback by the brutality with which Rarity had violated her. The mare had shown no concern for Silver Spoon whatsoever. She had cared about nothing, but her own selfish pleasure.

“It hurt so much...”

Silver Spoon stepped away from the door.

“You did it...”

The filly sat down on the floor.

“You hurt me more than I ever thought was possible...”

Silver Spoon began to rub her cunt. Her hole was still in a great deal of pain, and touching it only made it worse.

“Yes...”

Silver began fucking herself with her hoof, letting the pain in her damaged cunt mix with the pleasure.

“Miss Rarity, you hateful, horrible beast...”

She increased her pace, savoring the flashes of pain which lanced her pussy.

“I'm yours! I'm yours! Hurt me! Abuse me! Destroy me! I don't care, just so long as you're the one who does it!”

Silver Spoon's first orgasm was punctuated by an intense sensation of burning pain, as her injured hole spasmed uncontrollably. For each wave of pleasure, there was an equal, intense feeling of agony. It was perfect. Silver Spoon moaned happily as the hurtful wave passed over her.

Afterward, she limped back over to the bed, back to where the vicious, uncaring pony who had raped her lay sleeping. Silver Spoon cuddled up next to her attacker and gave the sleeping mare a kiss on the lips.

“I love you,” she said.

Rarity, still wide awake, chuckled inwardly. She was going to have fun with her new toy.

----------EPILOGUE-------

Not far from there, Sweetie Belle lay in her room, hiding under the covers. This was not the first time she had heard screams coming from her sister's bedroom. In fact, it had happened so many times, she might have been used to it by then. Some part of her was happy that she had never gotten used to it. If she had, she reasoned, she would be just as heartless as her sister.

“I could have done something,” she said. “Maybe if I had gone in there, I could have taken your place.”

Sweetie knew this wasn't true. Rarity could have her whenever she wanted. Her “guests” always took precedence.

“Whoever you are,” said Sweetie Belle, to an unknown foal who she knew could not hear her, “I'm sorry. I'm sorry my sister is like this.”

She did this every time she heard the screams. It was like a ritual.

“My sister is good most of the time...” said Sweetie. “She just...she's just sick...she has urges she can't control...but sometimes she's so good to me and kind to me and she doesn't always touch me and sometimes when she does I even enjoy it...so I'm bad too...”

The foal wiped away a tear. “She's a good pony, deep down inside. One day she'll get better. One day she won't be sick anymore. You'll see. So please forgive her...please forgive my sister...”

Sweetie Belle got up off her bed and walked over to her wall. On it hung a picture she had made herself, decorated with baby blue sapphires.

“Like apple pie...” she whispered.

Russian version, translated by Tirael

Russian version, translated by Tirael

(NOTE: This Russian translation comes to us from the ever-gracious Tirael Check out his own works (in Russian) on his Darkpony page.

Потускневшее серебро
by HamGravy
translated by Tirael

Сильвер Спун вспоминала недавние события, крепко закрыв глаза. Она представляла себя ровно на своём месте — следуя за Даймонд Тиарой. Они были на школьном дворе, когда Тиара заметила свою любимую жертву, играющую с друзьями. Сильвер помнила взгляд на лице Свити Белль, когда она и Тиара начали смеяться над ней.
— Ты обидела её, — произнесла Сильвер, лёжа на кровати уже который час. Она была одна в комнате, но обращалась к Тиаре. Кобылка лежала на животе, раскинув ноги, и наслаждалась ощущением мягких простыней. Почти подсознательно она прижала промежность к постели и задвигала телом так, чтобы шёлк нежно тёрся об её вульву.
Во время этого она сосредоточилась на воспоминаниях. Они были ещё свежи в её памяти, прошло всего каких-то два часа. Сильвер посмеялась над Свити Бель и, как обычно повторяя всё за Даймонд, стала скандировать "Свинка Белль! Свинка Белль! Вонь идет со всех щелей!". Две богатые пони смеялись и указывали на Свити. Глаза единорожки наполнились слезами.
А в настоящем, Сильвер Спун смаковала каждую секунду воспоминания, всё ускоряя свои движения.
— Вот так, Даймонд... — бормотала она, — мой бесценный бриллиант... обижай её. Делай ей БОЛЬНО...
Её заводили мысли о злобном и беспощадном смехе Тиары. Небольшая лужица возбуждения образовалась под Сильвер. Она почувствовала это и стала медленно вести копыто к бедру...
Свити Белль начала плакать. Этот жалкий взгляд единорожки был просто бесценен. Хотя для Сильвер удовольствие было не от страданий Свити. В частности, Спун ничего не имела против неё. Она смаковала выражение злобного ликования на лице Даймонд, которая унижала другую пони просто потому, что могла.
— Да... — Сильвер приподняла свою заднюю часть над кроватью, создавая достаточно места для копыта. Кобылка задрожала в удовольствии от ощущений, деликатно лаская себя...
— Свинка Белль! Свинка Белль! Вонь идет со всех щелей! — парочка продолжала дразниться, пока Свити не убежала в слезах с площадки.
И после этого наступал её любимый момент из произошедшего. Сильвер прикусила губу и заработала быстрее.
Даймонд Тиара повернулась к Спун и сказала:
— Хей! Она уйдёт! Ты чего не побежала за ней? Я ещё не закончила!
Сильвер не знала, что ответить.
— Я не знала, что ты хочешь, чтобы... — замямлила она, но Даймонд перебила.
— Я думала, что не нужно говорить настолько очевидные вещи! — сказала она. — Тебе повезло, Сильвер, что я позволяю тусоваться со мной. Если бы не моя жалость, у тебя вообще не было бы друзей!
И с этим Тиара побежала сама, оставив позади Сильвер Спун, у которой уже начали подступать слёзы.
Серая кобылка убежала домой и зарылась лицом в подушку. Её всхлипы были более жалкими, чем у Свити, и продолжались, как казалось, несколько часов. Не только потому, что слова Даймонд ранили, но и потому, что глубоко внутри Сильвер знала — это было правдой.
Выплакавшись, она продолжила лежать на кровати, обдумывая свои действия, что привели к получению оскорбления. Она снова и снова вспоминала случившееся, пока боль каким-то образом не перешла во что-то другое, и тогда слова Даймонд стали чем-то большим, чем просто обидным оскорблением. Они стали красивы, великолепны в своей жестокости. Она любила смотреть, как Даймонд доводит других пони, пусть ей и было их немного жаль. Но получать от Тиары в той же манере, разбивая себе сердце, почему-то было для неё ещё более прекрасно.
Сильвер Спун стала тереть себя всё сильнее и сильнее, копыто вымазывалось в её собственных соках.
— Ох, Даймонд, — простонала она. — Ты такая плохая... даже со мной... ты заставила меня плакать прямо как Свити...
Её движения ускорялись, её ещё не развившая до конца вагина подергивалась от наслаждений. Она не первый раз так трогала себя, но сейчас всё чувствовалось иначе. Впервые она делала это после получения оскорблений от Тиары. Такое обстоятельство делало чувства куда более сильными и реалистичными. Она чувствовала, будто её тело уносится куда-то, где она ещё не была, и место это было уже очень близко...
— Я так рыдала... потому что это были твои слова... мой сияющий алмаз... да!.. только ты можешь так задеть меня... так глубоко внутри... боль так хороша...
— СИЛЬВЕР СПУН, ТЫ ДОМА?
Голос Даймонд эхом прокатился через залы поместья Сильвер и, достигнув ушей Сильвер, выбил её из сладостных мечтаний.
"Твою ж! — подумала та. — Я была так близко..."
Даймонд могла войти в любой момент. Серая пони быстро прикрыла мокрое пятно одеялом. Но копыто всё ещё оставалось в соках. Не имея вариантов, она быстро вылизала его начисто, позволяя себе в последний раз насладится терпким вкусом собственного возбуждения. Закрыв глаза, кобылка представила, что пробует Тиару.
Мгновением позже, едва Сильвер успела очистить себя, Даймонд вошла в комнату, пошатываясь. Спун сразу поняла, что случилось что-то плохое.
Грива Тиары была в полном бедствии. На крупе, казалось, было несколько порезов, и совершенно точно один достаточно большой проходил через её кьютимарку.
Сначала Сильвер Спун и не заметила таких подробностей. Её шокировало выражение лица Даймонд, и её пустой, грустный взгляд.
— Сильвер... — произнесла она дрожащим голосом. — Она... творила со мной всякое... я... она не останавливалась... почему она не останавливалась? Почему взрослый будет трогать жеребёнка... как она?
— Даймонд, о чём ты говоришь?
Даймонд смотрела Сильвер прямо в глаза, взгляд её был полон ужасающего отчаянья. И затем, внезапно, что-то сломалось внутри маленькой кобылки. Она рухнула на пол, закрыла лицо копытами и закричала.
— БОЛЬНО! ЭТО БОЛЬНО! — закричала она на уставившуюся в страхе Сильвер. — Со мной всё плохо! Я уродина! Уродина!
Спун попыталась обнять подругу, но была отвергнута. Это не был обычный отказ, что Даймонд даёт тем, кто её бесит. Сейчас всё происходило от чистого страха.
— Нет... пожалуйста, не... не трогай меня... никто не тронет... она не перестанет... с каждой...
— С каждой? — спросила Сильвер Спун.
— Она заставила её смотреть! — ревела Даймонд. — Она заставила её смотреть, как сама делает со мной... она такая... такая... жестокая... и порочная... она делала это всё потому что МОГЛА... что за пони может так поступать?
— Откуда мне знать? — ответила Сильвер, стараясь звучать искренне.
— Знаешь, ты знаешь... — продолжила Даймонд. — Ты так же уродлива, как и я.
Сильвер потрясла головой.
— Даймонд, ты не уродлива, — сказала она, как обычно, совершенно забывшись.
— УРОДЛИВА! Она так сказала... и она... не остановится... не остановится пока я не приму правду... я уродлива... так уродлива... внутри...
Даймонд зарыдала.
— Всё ещё болит... так сильно... я заслужила... но больно...
Сильвер теперь была достаточно уверена в том, что произошло с её подругой. Она вспомнила одну ночь, когда её мать вернулась с балла в Кантерлоте досрочно. Много ей услышать не удалось, но мама говорила мужу, что больше никогда не будет пересекаться с "таким" типом сообществ пони. А затем последовала привычная мамина истерика. Спун помнила, там было что-то про "больных педофилов" и что-то про секретный клуб. Когда несколькими днями позже Сильвер смогла узнать значение "педофила", всё встало на свои места.
В ту ночь она смогла услышать ещё одну вещь. Имя.
— Даймонд, — сказала Сильвер Спун. — Рэрити сделала это с тобой?
Её подруга лишь коротко кивнула.
И потом, не произнеся ни слова, Даймонд Тиара вскарабкалась на постель Сильвер и легла.
Так она провела всю ночь. Она не засыпала. Она не говорила. Просто лежала и всхлипывала.
Сильвер Спун так же пролежала рядом с ней, но к своему удивлению, не очень-то и думала о подруге. Её мысли были захвачены Рэрити. И планами на будущий день.
*******
Когда-то Рэрити была другой.
Было время, когда её ужасные желания, захватившие её сейчас, были не более чем отголосками в голове; маленькие, корчащиеся тени идей. Лишь изредка, в очень приватных моментах жизни, она рисковала подумать о них.
Но время шло, идеи росли, не поддаваясь на её попытки против себя. Она всегда знала, что способна на вещи, о которых пони никогда не будут даже мечтать. А самое важное было выучено ещё в раннем детстве — она выше понятий совести и сочувствия.
Всё это в итоге позволило случиться одной незабываемой ночи, когда Рэрити сбросила с себя оковы сомнений. И с тех пор прошли годы, а Рэрити живёт очень успешной двойной жизнью
Суетливой фэшионисткой она была для публики. А под маской скрывалась настоящая пони, которую лучше было не знать. Но в этот момент, в этот день, её маска была надета так хорошо, как никогда ранее.
— Добро пожаловать в бутик "Карусель"! — рефлекторно произнесла она ещё до того, как увидеть самого гостя. — Мы знаем, что такое шик и... ох! Ну и ну!
Маленькие кобылки не заходят к Рэрити без взрослых, оно и к лучшему. Стоит ей встретиться лицом к лицу с кобылкой (а иногда и жеребёнком), оставленной без присмотра, как её манера вести себя достойной и элегантной кобылой может дать слабину. Определённые желания прорываются в такие моменты, и Рэрити понадобится некоторое время, чтобы успокоить себя.
Именно эта девчушка выглядела смутно знакомой, хотя такое не было чем-то особенным для Понивилля. Она бесспорно была милой с её слишком большими очками и заплетённой косой. А ещё она была молода, да, возрастом где-то со Свити Бель. Большинство детей в этом возрасте ещё не осведомлены о взрослых вещах, но уже начинают испытывать различные чувства и сексуальные желания, пусть и не совсем понимая их.
В таких ситуация Рэрити всегда задавала себе одни и те же вопросы: Что именно я буду делать с ней? Как гарантировать, что её маленький миленький ротик останется закрытым?
Планируя дальнейшие действия, Рэрити старалась не выдать каких-либо изменений в поведении. Она тут же улыбнулась кобылке и поприветствовала:
— Приветствую, моя дорогая! Чем я могу тебе помочь?
Пони посмотрела Рэрити прямо в глаза с такой настырностью, которую модельерша ещё не встречала у взрослых, тем более у детей. А свирепость в её взгляде ещё сильней заводила белую кобылу. Она обожала, когда жеребята бросают ей вызов. Награда от этого кажется ещё слаще, когда она наконец ломает их.
— Что случилось, дорогуша? Ты чем-то расстроена? — просила Рэрити. — Могу я как-либо заставить тебя... улыбнуться?
— Я знаю, что вы сделали, — ответила кобылка.
От этих слов страх моментально заменил возбуждение. Множество мыслей рванули с места в голове Рэрити. И одной из них был вопрос: кто? Неужели... нет, Свити научена лучше других. Может, Руби Панч? Нет, она легко поддаётся контролю. В её жизни не хватает адекватного участия матери благодаря её алкоголизму... Тогда это мог быть Пип. У слабака наконец-то появился хребет? Хотя, это может быть и... Прекращай, Рэрити! Не забегай вперёд.
Она очень старалась отбросить преждевременные суждения. Пока не было ни единой причины связывать подобное обвинение с её, как она иногда говорит, "хобби".
— Прости меня, дорогуша, но я не понимаю, о чём ты! — ответила Рэрити. Кобылку такой ответ не впечатлил.
— Нет, понимаете, — произнесла молодая серая пони. — Меня зовут Сильвер Спун. Даймонд Тиара моя подруга. Она приходила вчера и назвала ваше имя.
Сильвер подошла ближе к Рэрити. Единорожка попятилась.
— Вы сделали ей больно. Нет, больше, вы как бы... как бы СЛОМАЛИ её. Вы будто вынули из неё что-то и выбросили, — голос серой пони дрожал. Рэрити прекратила пятиться. — Я не думаю, что она когда-либо станет прежней.
Тут Рэрити решила перебить, пытаясь разозлиться.
— Я не знаю, о чём ты говоришь, дитя, но если ты думаешь, что можно вот так просто обвинять взрослого пони в... эм... избиении твоей подруги...
— Вы не избили её, — прервала Сильвер. — Даймонд от этого не вела бы себя так. Вы... вы трогали её, верно?
Рэрити поморщилась. Она не думала, что всё может закончиться вот так. Она осознавала, что в конце концов всё кончится плохо для неё, но она всегда представляла конфронтацию с родителем или представителем закона. Мысль о получении обвинений от жеребёнка, с которым она даже не бывала, никогда не посещала её.
— Я слышала кое-что, — продолжила кобылка. — О взрослых пони, которым нравится секс с жеребятами. Даже если они не хотят, даже если им больно! Вы тоже такая, да?
Рэрити знала, что её раскроют, но всё равно решила играть до последнего. Она попыталась сменить тему.
— Мамочки, дорогая моя, — сказала она, подделывая нужный тон, как только могла, — ты знаешь такое слово?
— Секс? — переспросила Сильвер. — Да, я знаю, что такое секс. Очень мало пони в моём классе знают это, и я в их числе. Но Даймонд Тиара...
Спун потрясла головой, будто пытаясь отказаться от суровой реальности и тех слов, что она сейчас произнесёт.
— Даймонд Тиара не знала о сексе! Она была совершенно... невинной! Пока вы... пока вы... — Сильвер начала снова идти на Рэрити. Но в этот раз та не шелохнулась.
— Пока я что, дорогуша? — голос Рэрити внезапно стал холоден и злобен. — Пока я не поставила маленькую суку на место?
Сильвер ахнула.
— Она достала мою сестру. — продолжила она. — Свити Бель прибежала вчера в слезах, а твоя подруга следовала за ней. Она обидела Свити.
Рог Рэрити вспыхнул на миг, и Сильвер услышала щелчок закрывшейся двери позади.
— Так что да, я отвела сучку в заднюю комнату и показала ей, что значит быть жертвой задир... моим собственным способом. Я даже позволила Свити смотреть, а позже присоединиться. И, ох, как же было весело!
И тут Сильвер заметила что-то в глазах Рэрити. Это была радость, возбуждение от мысли причинения вреда другому пони. Очень много раз она видела это и в Даймонд. Но между ними была какая-то разница...
— О да, дорогая, ты совершенно точно сказала про неведение о сексе, — продолжила единорог. — Эта тупая малявка не до конца осознавала происходящее. Ни когда я её прижала, ни когда я заставила Свити раздвинуть ей ноги. Она совершенно не понимала моего намерения, пока я не вскрыла эту бесполезную девку.
Сильвер Спун перестала таращиться на Рэрити. В голосе кобылы было так много жестокости и ещё больше садисткой радости. И помимо этого, Сильвер заметила ещё кое-что.
— О да, я помню это очень хорошо, дорогуша. Этот шокированный и непонимающий взгляд, перешедший в ужас, когда она посмотрела вниз и увидела кровь из своей пизды. А потом замечательные, великолепные крики...
Теперь Сильвер была уверена. Рэрити не просто сломала Даймонд. Она показала своё полное превосходство. Оказывается, есть пони, чья жестокость полностью затмевает поступки Тиары. Пони, чьи возможности в получении удовольствия от вреда другим уходят далеко за границы способностей Тиары.
Почти все пони были бы наполнены только отвращением к Рэрити. Но Сильвер посмотрела в глаза белой единорожки и увидела что-то прекрасное.
— Итак, дорогая, чего же ты хочешь от меня? — спросила модельерша. — Я знаю, что ты никому ничего не рассказала. Иначе бы они пришли с тобой, схватили меня и заперли в клетке. Но ты пришла одна. И угрожала мне своим знанием.
Сильвер Спун слабо кивнула, полностью очарованная Рэрити.
— И что, хочешь шантажировать меня, значит? — спросила Рэрити. — Я слышала о твоей семье. Сильверы вторые по богатству в Понивилле. Значит, тебе не нужны деньги... тогда что?
Если бы Рэрити задала этот вопрос, когда Сильвер только вошла, кобылка не нашлась бы, что ответить. Но сейчас она чётко знала, чего хочет.
Решение это было принято с полной спешке, без какого-либо планирования. В этот момент Сильвер Спун совершенно не осознавала, что готовится принять важнейшее решение в её жизни. Она не могла понять, началом чего это станет.
Она понимала только своё желание.
Она показала Рэрити жестом подойти поближе. Белый единорог послушалась и наклонилась, чтобы Сильвер могла прошептать ей в ухо.
— Сделайте это со мной, — проговорила она. — Трогайте меня, как трогали её.
Шокированная эти словами Рэрити попятилась назад.
— И мисс Рэрити, — добавила Сильвер, — пусть будет больно.
*******
— Сильвер Спун?
Даймонд Тиара пролежала в кровати Сильвер весь день и только сейчас проснулась. Она чувствовала облегчение. Она боялась уснуть из-за возможных кошмаров.
И к её приятному удивлению, ей вообще ничего не снилось. Не то, что сновидения просто не было. Ей снилось ничто. Полное отсутствие всего и в особенности её самой.
Это был прекрасный сон. Ей так не хотелось покидать его.
Она не двигалась. Место между её ног всё ещё сильно болело. Как там Рэрити называла это? Её "пизда". Но потом она и саму Даймонд назвала пиздой. Поэтому кобылка не была уверена, что есть что.
Она ни в чём больше не была уверена.
Тиара хотела ненавидеть Рэрити за те вещи, что она творила. Засовывание своего копыта, а потом своих... "игрушек"... внутрь её тела.
"Все кобылы это делают? — думала Даймонд. — Они все суют туда разные вещи? Это я буду делать, когда вырасту? Мне будет... нравится это?"
Внезапно Даймонд Тиаре стало страшно взрослеть.
Она хотела ненавидеть Свити Белль тоже. Рэрити почти заставила её лизать у Даймонд... там... и сказала ей держать Тиару на месте, пока сама вставляла вещи в неё. И Свити, казалось, не хотела ничего этого. Но позже в этот день, когда Рэрити стало скучно, и она просто пнула свою жертву на пол как использованную игрушку, Тиара бросила взгляд на Свити. Та не покидала комнаты, даже в те моменты, в которых сама не участвовала. Тогда то Даймонд и заметила кое-что. Крохотную, но не менее реальную удовлетворённость. Скрывшись под слезами и страхом, некая часть Свити Белль радовалась страданиям Тиары.
Даймонд думала об увиденном, пока лежала в спальне Рэрити в луже собственной крови и слёз. Свити Белль всегда была хорошей. Как она могла радоваться моей боли?
И тогда тихий голосочек в голове Тиары спросил: "если Свити хорошая, так почему ты была зла с ней?" Вот тут всё встало на свои места. Даймонд поняла, почему не может ненавидеть кого-то из них. Никто из них не заслуживал столько ненависти, сколько заслуживала сама Даймонд Тиара.
— Сильвер Спун... — позвала Тиара.
Даймонд знала, что её подруга должна быть рядом. Она никогда не покидала своей стороны, если они спали вместе. Сильвер всегда лежала на другой стороне кровати. Иногда она пыталась обняться, но Даймонд всегда сердито отталкивала кобылку. И поэтому Сильвер стала спать строго на другой стороне, чтобы минимизировать физический контакт. Что угодно, лишь бы Даймонд было хорошо.
— Сп.. спасибо... — обратилась Тиара к подруге. — Я знаю, со мной иногда... тяжело дружить. Но ты всегда бываешь рядом ради меня. Знаешь, прошлой ночью меня не было дома, а отец небось даже не заметил. Он ведь совсем не смотрит за мной. Но всё хорошо... Я не хочу, чтобы он увидел меня такой. Но ты... ты осталась со мной. Спасибо.
Сильвер не ответила.
— Ух... если хочешь... можешь обнять меня. Я знаю... тебе нравится это. Всё нормально. В этот раз ты можешь. Думаю... мне хочется, чтобы меня кто-то держал... долго и приятно.
Ответа снова не последовало.
— Сильвер, ты злишься на меня? Скажи что-нибудь! — Даймонд поднялась. Её промежность взорвалась болью, стоило ей двинуться. Она поморщилась, но заставила себя перевернуться. — Сильвер, пожалуйста, ты очень нужна мне сейчас. Мне так...
Кобылка была одна в комнате.
— Одиноко...
Где Сильвер обычно спала, сейчас лежала записка:
"Ушла к Рэрити. Обо всём позабочусь."
Даймонд Тиара схватила этот клочок бумаги, скомкала и с криком запустила через комнату.
— Нет, нет, нет, НЕТ, НЕТ, НЕТ! — закричала она. — Как могла эта сука забыть обо мне! Почему она повернулась ко мне спиной? Да кем она себя возомнила...
С одной стороны кровати Сильвер стояло большое украшенное зеркало. Пока Тиара лежала, оно было вне её поля зрения. Но сейчас кобылка отчётливо видела своё отражение.
Она выглядела ужасно. Грива в беспорядке, ушибы по всему телу. Но ничего из этого не беспокоило её. Что остудило её, наполнив отвращением, было разъярённое выражение её лица.
Даймонд тихо слезла с кровати, подошла к смятой записке и подняла ртом. Она очень постаралась разгладить листок. Затем забралась с ним обратно на кровать.
Маленькая кобылка прижала лист к сердцу и заплакала.
— Прости... — прошептала она. Не часто от неё можно такое услышать.
Именно в этот момент, на другом краю города Сильвер Спун входила в бутик "Карусель".
*******
За последние пару месяцев Рэрити поняла одну вещь — жеребята были непредсказуемы. Это особенно проявляется с жеребятами, с которыми она ещё не поработала. Как только она думает, что уже изучила цель, как вдруг что-то новое встаёт у неё на пути. Однако ей это даже нравилось. Не пропадает чувство новизны, не остывают чувства. А награда получается более приятной, когда ловушка наконец схлопывается, и она получает ребёнка в свою власть. В своём "хобби" Рэрити научилась ожидать неожиданностей.
Но сейчас было что-то совершенно новое. Кобылка вошла к ней в магазин и без каких-либо провокаций попросила изнасиловать её. Всем остальным жеребятам требовались уговоры и убеждения, прежде чем они попадут в её копыта, но вот эта... она попросила САМА. Рэрити была совершенно изумлена.
— Ты, ты не знаешь, о чём говоришь, дорогая! — сказала кобыла, нервно оглядываясь. — Слово "насилие", оно... значит не то, что ты думаешь.
— Я знаю это слово, — сказала Сильвер. — Мисс Рэрити... пожалуйста.
Школьница встала на задние ноги и поцеловала Рэрити в губы. Поцелуй был ожидаемо неуклюжим, учитывая, что это был первый раз для Сильвер Спун. Долго она хотела впервые поцеловаться с Даймонд Тиарой. Но время шло, Спун поняла, насколько пусты её надежды, и решила, что при первом поцелуе, не важно с кем он произойдёт, она будет представлять, что целует Даймонд.
А когда момент пришёл, Сильвер думала только о Рэрити.
Долго это не продолжалось. Рэрити отпрыгнула, разорвав поцелуй, а Сильвер грохнулась на пол.
— Как... да как ты смеешь?! — сердито рыкнула Рэрити. — Мне плевать, что ты там слышала обо мне, но что заставило тебя думать, будто у меня нет выхода, кроме как провести время с тобой, мелкая ты выскочка?
— Нет, стойте, простите! — запричитала Сильвер. — Я думала, вам нравятся жеребята...
— Я люблю невинных жеребят, чего не скажешь о тебе! — ответила кобыла. — Дай угадаю, у тебя развился комплекс, потому что твой папочка любил навещать тебя по ночам, и теперь ты прыгаешь на взрослых, потому что не знаешь, как ещё к ним относиться?
— Нет, ничего подобного! — ответила Спун. — Мой отец никогда не трогал меня. Никто не трогал. Пока нет...
— Плевать! — выкрикнула Рэрити. — Ты пришла и тупо бросилась на меня, словно какая-то нищенка, и ты думаешь, меня это возбудит? Ты тупая мелкая шлюха!
Сильвер была на грани слёз.
— Простите! — завопила она. — Я только... вы так.... вы навредили моей лучшей подруге... очень сильно... и вы самая прекрасная пони, что я когда-либо встречала...
— Прости, что?
— Даймонд Тиара... привыкла обижать других пони... смеяться над ними или толкать. И я помогла ей, потому что мне нравилось смотреть на это. Мне нравилось, что она стояла выше других пони в моей школе. Идеальная, сильная, безжалостная. Иногда она трогала даже меня, свою единственную подругу. Такая она есть. Она сминала всех под собой. В этом её красота.
— Она не смяла меня, — холодно подметила Рэрити.
— Я знаю, — ответила Сильвер, и улыбка закралась на её лицо. — Потому что вы сделали это первой. Не, даже больше, вы полностью расшибли её. Видели бы вы Даймонд сейчас. Она совсем разбита. Не говорит, не смеётся, ничего не делает, а только лежит в кровати и плачет. Вы сделали это с ней. Вы причинили ей боли больше, чем кто-либо может. Вы и мне сделали больно... и это делает вас прекрасней, чем она.
— Ребёнок, мне плевать на твои школьные влюблённости. Вон. Живо.
— Нет, пожалуйста! — возразила Сильвер. — Вы можете делать со мной, что захотите! Я не расскажу!
— Чего я хочу — это чтобы ты ушла. Ты мне противна.
— Но..
— Посмотри на себя! — воскликнула Рэрити. — Ты пустое место, тень Даймонд Тиары! Ты следуешь за ней, повторяешь всё, что она скажет, и принимаешь удары на себя, если больше никого нет.
— Да... — ответила Сильвер. — Это я... Но я больше не хочу быть её! Я хочу быть вашей! Пожалуйста...
— Дорогуша, я уже поимела твою драгоценную Тиару. И если мне захочется изнасиловать эту мелкую дырку снова, поверь мне, я найду способ. Так что такого я могу захотеть с ТОБОЙ? — Рэрити заметила негативную реакцию Сильвер на отказ. Она решила продолжать нажим.
— По правде говоря, дорогая, я уже заполучила оригинал. А ты просто жалкая и уродливая имитация.
И тут она ударила Сильвер Спун в живот, отправляя её в полёт через комнату.
Кобылка приземлилась у стены, да так и осталась там лежать, громко хныча.
Ещё никогда Сильвер Спун не было так плохо. Даже в разгаре своей жестокости, Даймонд не удавалось так сильно оскорбить её. Обзывательства и подколки Тиары были простыми и совсем не задевали Сильвер, в отличии от вчерашних. Но Рэрити будто видела её насквозь и смогла подобрать идеальные слова, чтобы сделать Сильвер больно.
Сделать... больно...
— Пусть будет больно.
Об этом она попросила Рэрити. И получила. Ох, Селестия, неужели! Рэрити пронзила сердце Сильвер, смяла кобылку настолько легко, что Спун даже не заметила этого пока не стало слишком поздно. Теперь Сильвер Спун чувствовала себя бесполезной, отвергнутой, одинокой.
Рэрити действительно была великолепна.
Продолжая хныкать, Сильвер потянулась копытом к своей промежности. Она начала массировать область вокруг вагины. Но когда она уже собиралась дотронуться до главного места, она услышала голос.
— Стой.
Сильвер подняла взгляд. Рэрити сидела на полу и тоже массировала себя копытом. Она уже сильно текла, смотря прямо на Спун. Такие мучения жеребёнка оказались лучшим возбудителем.
Сильвер Спун покорно отвела копыто от себя и замерла. Рэрити улыбнулась.
— Я вот подумала, — сказала кобыла, продолжая трогать себя, — все мои партнёры боли в чём-то интересны. А ты? Ты скучна. Ты ничто. Несчастная мелкая пародия куда более красивой кобылки. И ты знаешь это, да?
Сильвер хлюпнула носом и кивнула.
— Небольшие перемены могут оказаться удачными, — продолжила Рэрити. — Даже если кобылка хочет, чтобы я трогала её, что... эх... совсем не привлекательно. Никакого ощущения погони, никакой радости от победы.
— Вы хотите, чтобы я...
— Молчи, негодяйка, — перебила Рэрити. Она сделала паузу, чтобы слизнуть свои соки с копыта. — Как я говорила, я подумала, будет интересно испытать новый подход. Я правда ещё не была с жеребёнком, который хотел бы этого сам. Будет довольно весело попытать тебя некоторое время.
Сильвер Спун поднялась на ноги.
— С...спасибо ва...
— Ох, да ради солнца, заткнись. Лишь настолько убогие как ты будут благодарны за проявленную жалость.
Рэрити встала и пошла к лестнице за прилавком, что вела в жилую зону, совершенно ничего не говоря Сильвер.
Сильвер Спун не была уверена, что она чувствует насчёт предложения Рэрити. Часть её ощущала глубокое унижение от идеально подобранных слов. Другая же часть была в полном ужасе от того, что могло ждать её наверху.
— Тебе лучше уйти, — произнёс тихий голосок в её голове. — Уходи пока ещё можешь.
Но была ещё одна часть Сильвер Спун, которая не позволила ей уйти. И в отличии от других, именно эта часть держала контроль над её телом и разумом.
Кобылке было больно. И физически, и эмоционально. А ещё она была возбуждена сильнее, чем когда-либо за свою короткую жизнь.
Только сейчас Сильвер заметила, что её очки сломались при падении. Когда она начала идти, очки соскользнули с её лица на пол. Не останавливаясь, она наступила на них, разбив стёкла.
Они были не нужны. Очки были декоративными. Прямо как сама Сильвер для Даймонд Тиары. Просто аксессуар.
Кобылка подошла к лестнице в спальню Рэрити. Путь занял у неё больше времени, чем следовало; удар Рэрити доставлял куда больше боли, чем она думала в начале. Всякий раз, когда она поднималась на ступеньку, её тело отдавало болью. С каждой новой ступенькой становилось всё хуже и хуже. Достигнув верха, ей пришлось остановиться и передохнуть. Её молодая пиздёнка к тому времени уже свободно текла, и Сильвер, воспользовавшись шансом, подразнила себя копытом. Кобылку передёрнуло от удовольствия, и она продолжила путь к жилой зоне бутика.
В конце узкого и безукоризненно отдекорированного коридора была дверь в спальню Рэрити. Несмотря на боль, Сильвер побежала по коридору, оставляя за собой след из своих соков на ковре. Она заметила это и подумала, что подобное может огорчить Рэрити. Это затормозило кобылку. Сильвер пришло в голову, что не так много надо, чтобы Рэрити потеряла терпение и избила её почти до смерти.
— Почему это не пугает меня? — спросила она саму себя. Но она уже знала ответ.
Спун добралась до двери в логово льва, ей не терпелось войти. Она потянулась к ручке.
Дверь была заперта.
За дверью Сильвер различала мягкие, еле слышимые стоны. Рэрити была там. И она трогала себя. Или делала что-то с (скорее всего) своей сестрой. Или другим жеребёнком.
"Я не нужна ей, — подумала Спун. — Она получает достаточно удовольствия и без меня..."
— Но... она нужна мне.
Сильвер Спун хотела было постучать, но остановила себя. А вдруг это какая-то проверка? Рэрити сказала, что ей не нравятся пони, которые "кидаются на неё". Если Сильвер постучит, Рэрити откажет ей? Кобылка не смела даже думать об этом.
И всё же, она так близко подошла к своему идолу, и единственной преградой была лишь дверь. Близость к личному раю дразнила кобылку, она была очень близко к копытам прекрасного и беспощадного зверя, который сотрёт её в ничто.
Её копыто снова поднялось, чтобы постучать. Она остановила себя. Опять.
— Я должна ждать, пока она откроет дверь, — проговорила кобылка. — Если постучу, это будет значить, что я прошу её о чём-то. А у меня нет права просить.
Она кивнула, приняв решение.
— Она будет вести, и я буду следовать. Как с Даймонд. Такова я... — говорила она. — Это... всё, в чём я хороша.
— Отлично, моя хорошая и верная служанка, — послышался голос Рэрити из-за двери. Она хихикнула.
Через мгновенье, Сильвер услышала, щелчок замка двери. Но она шелохнулась.
Прошло две минуты. Кобылка всё так же ждала.
— Хорошо. Ты не просилась внутрь, ни врывалась без разрешения. Теперь можешь войти.
Сильвер Спун пошла в спальню и почти ахнула от открывшегося ей великолепного вида.
Рэрити лежала на своей кровати и трахала себя большим красным дилдо, тяжело дыша. Она медленно работала самым концом в такой манере, будто для неё это было обыденностью.
Но что действительно было чудесным в комнате, так это атмосфера в ней. Рэрити должна была кончить минимум один раз, пока Сильвер ждала снаружи — аромат возбуждения кобылы хорошо заполнил комнату. Сильвер Спун вдохнула его и почувствовала, что пьянеет.
— Просто чтобы ты знала, — сказала Рэрити, не прекращая фикций. — Если бы ты постучала, я бы сбросила тебя с лестницы, а потом вышвырнула из дома. И больше не позволила бы быть ближе двадцати шагов от меня.
Мысль о подобном заставила Сильвер непреднамеренно поморщиться.
— Я рассказываю это тебе, потому что хочу, чтобы ты поняла одну вещь, — продолжила кобыла, ускоряя свои движения игрушкой. — Полно других жеребят, с которыми я могла быть сейчас. Прекрасные, невинные дети, неиспорченные и незапятнанные. Белые холсты для моих красок.
Рэрити замолчала на момент и стала двигать дилдо глубже в себя, ещё больше ускоряясь. Она закрыла глаза, закусила губу и улыбнулась.
— Ты знаешь жеребёнка по имени Пип? — спросила она.
— Ух, не очень. Он на пару лет младше меня, — ответила Сильвер.
— Да, мелковат он, верно? — продолжила Рэрити, не открывая глаз. — Кажется, ему нравится страх. Маленький ангелочек. И я решила заставить его бояться. Я преследовала его, и знаешь, что я сделала пару недель назад? Я схватила его прямо на улице, когда он возвращался домой со школы. Простое заклинание сна и забирай готовенького. Я принесла его сюда, разбудила, а затем сломала. Я почти всё время молчала, а его держала с повязкой на глазах. Он не догадывался, что это я. Я била его, кусала, целовала, лизала, и наконец содомировала его, пока он звал мамочку. И тогда этот прекрасный маленький писюн испытал свой первый оргазм... о, да-а-а-а-а, маленькие мальчики издают самые замечательные звуки... я измазала всё его тело его же семенем, а потом вернула туда, где и нашла.
К этому моменту Рэрити использовала уже оба копыта, забивая дилдо глубоко в себя с всё нарастающей силой.
— Он никогда не узнает, кто сделал такое с ним. Он будет думать, что это мог быть просто кошмар. До следующего раза. Я подожду пару месяцев и снова сделаю это с ним. Вот тогда он научится бояться меня. Потому что он не будет знать, кто я, но будет знать, что я могу прийти за ним в любое время, украсть его и заставлять делать вещи, которых он не понимает. И тогда... и ТОГДА-А-А-А — Рэрити взвизгнула от захватившего её оргазма. Она выкрикивала имена принцесс, её пизда заливала всю кровать. Когда всё закончилось, Рэрити просто лежала, тяжело дыша, и смотрела в глаза Сильвер Спун.
— И ТОГДА, — наконец произнесла она, — тогда маленький Пип узнает, насколько "весёлым" может быть страх. Потому что я стану его личной Найтмер Мун, а он будет бояться меня каждый день до конца своей жизни.
Последние слова она произносила так, будто рассказывала стихотворение.
Сильвер Спун стояла поражённая тем, что сейчас увидела и услышала. Для неё это было словно религиозный опыт — слушать, как Рэрити рассказывает о своих планах относительно злодеяний над другими пони.
Кобылке очень хотелось сказать этой взрослой пони, что она влюбилась в неё. Но она знала, что это, возможно, худшая вещь, что можно сделать. Так что она молчала. Ей было достаточно купания в развращённости кобылы и надежды, что Рэрити сочтёт Сильвер Спун стоящей стать своей жертвой.
— Видишь ли, этим я и занимаюсь, — продолжила Рэрити. — Я художница. И всегда была. Сначала моей целью были наряды. Теперь это жеребята. Они мои холсты, а в роли кистей выступают насилие, боль, контроль и оскорбления. Я беру детей и превращаю во что захочу. Мои сломанные, разрушенные маленькие шедевры.
Рэрити дала время проникнуться сказанным, а затем продолжила:
— Я создаю личную галерею. Сломав жеребёнка, я всегда смогу вернуться и поиграть с ним снова, когда захочу. Я скопила внушительную коллекцию. А если я чувствую себя щедрой, то делюсь своими произведениями с другими... любителями искусства. Ох, знала бы ты, сколько моих приятелей по интересам бывало со Свити Белль. Я, честно говоря, сбилась со счёту. Но мы отошли от темы.
Рэрити вытащила из себя дилдо и отбросила в сторону.
— Я говорю тебе это, потому что хочу, чтобы ты поняла, что делает тебя недостойной быть в моей галерее. Ты не чистый холст. Кто-то уже разрисовал тебя. Это тупая сучка с тиарой. Ты же была её жалкой собачкой годы, верно? Ты уже сломана. Ты никогда не станешь моим произведением...
Сердце Сильвер Спун упало.
— Но... — продолжила Рэрити. — Искусство не единственная моя мотивация. И даже не главная. Моя главная цель предельно проста...
Рэрити потёрла свою вагину.
— Эта великолепная дырка и этот сладкий маленький бугорок, что сидит сверху. Им нравится, когда я трогаю жеребят. Им нравится, когда я испытываю ощущение узкой, неразвитой пизды или гладких мягких молодых яичек. И когда я делаю эти вещи, моя дыра и клитор достойно награждают меня. В конце концов всё вот так просто.
— Я... у меня очень тесная пизда! — немного отчаянно предложила Сильвер. — То есть... я только снаружи себя тёрла. Я никогда...
— Не проникала? — предложила Рэрити. — Что же, это хорошо. Потому что хоть ты и бесполезна как художественный проект, может, ты станешь чем-нибудь другим. Чем-нибудь на уровне, скажем, этого дилдо, что я использовала.
Рэрити подошла к Сильвер Спун, которая начала дрожать от этого. Частью из-за страха, частью из-за предвкушения.
— Ты будешь моей маленькой сломанной игрушкой, самой дешёвой из всех. Я буду играть с тобой пока не надоест. А потом я выкину тебя как мусор.
И с этим, Рэрити поцеловала Сильвер Спун в губы, насильно продвигая свой язык до глотки маленькой кобылки. Оправившись от неожиданности, Сильвер позволила своему собственному языку пуститься в дело. Взрослый и ребёнок пробовали друг друга, и Сильвер пыталась, почти успешно, сдержать слёзы ужасающей радости.
Она будет игрушкой Рэрити. Её вещью. Почти как с Даймонд Тиарой, только теперь её хозяйка будет настоящим воплощением злобы, к чему Даймонд может только стремиться. Это благо, подумала Сильвер, подвергнуться насилию и разрушению от кого-то столь великолепного...
Её радость была вдруг прервана вспышкой боли. На середине их поцелуя, Рэрити внезапно сунула копыто в нутро Сильвер Спун. Никаких прелюдий, никаких предварительных ласк. Рэрити просто взяла то, что хотела.
Кобылка дико затряслась, почувствовав, как её плева разрывается. Рэрити разорвала поцелуй и начала смеяться, всё дальше продвигая копыто.
— Вау, ты действительно тугая штучка, не так ли, тупая шлюшка? — сказала Рэрити, скалясь. — Думаю, в действительности ты будешь меньше большинства кобылок, с которыми я была. Разве это не мило? В конце концов мы нашли в тебе полезное свойство.
Сильвер Спун не могла нормально думать. Хотя её киска увлажнилась ещё сильнее за время поцелуя, она была не готова к такому. Рэрити силой загоняла своё копыто в неё, как только могла. Такие действия вызвали бы боль у взрослой кобылы, не говоря уже о ребёнке. Невольно, Сильвер сказала первое, что пришло на ум.
— ВЫТАЩИТЕ!
Рэрити остановилась. Её улыбка исчезла.
— Что... ты... сейчас... сказала?
Сильвер Спун моментально осознала ошибку.
— Нет, я не это имела в виду! Я не хотела указывать вам!
Рэрити плюнула кобылке в лицо и медленно вытащила своё копыто. Часть копыта была в крови. Рэрити поднесла копыто к лицу Сильвер, чтобы та могла отчётливо видеть.
Некоторое время царила тишина, пока Сильвер смотрела на свою собственную кровь, капающую с копыта Рэрити.
— ПОПРОБУЙ! — вскрикнула Рэрити таким голосом, что всё возбуждение Сильвер моментально улетучилось.
Трясясь от страха, Сильвер сделала, как сказали. Терпкий, кислый вкус её порванной девственности лишь напомнил о той огромной боли внутри неё. Она чувствовала себя, будто её пырнули ножом.
— ГЛОТАЙ! — закричала кобыла, и Спун подчинилась. Сразу после этого Рэрити ударила её по лицу.
— Простите! — запричитала Сильвер, схватившись за щеку. — Я не думала! Мне было очень больно!
— Ты ПРОСИЛА меня сделать тебе больно! Ты сказала, что хочешь этого! Или ты соврала? Может, недооценила себя?
— Я... я... я не знаю! — стала заикаться кобылка. — Я только знала, что... что вы удивительны, и всё, в чём я хороша, это быть тенью пони, которая лучше меня, и я только тогда чувствую себя замеченной или живой, когда мне делают больно. Простите, что я не могу справиться сейчас, но потом я смогу лучше! Вы нужна мне, пожалуйста, мне нужно, чтобы вы делали мне больно!
— Заткнись, — ответила Рэрити. — Что ты сейчас испытала — мелочи. Всегда больно терять свою девственность. И это я ещё мягко с тобой обошлась. Больше такого не будет.
Рэрити повернулась и утопала к гардеробу. Но уже через момент вернулась. Теперь на ней был массивный страпон, самый длинный и самый широкий из всех.
Сильвер никогда не представляла нечто подобных размеров внутри себя. Страпон, казалось, просто разорвёт её надвое.
— Что-нибудь скажешь? — спросила Рэрити у испуганной кобылки.
Сильвер Спун потрясла головой. Она дико хотела Рэрити, но испуганная часть её разума наконец заявила о себе и начала пересиливать желание.
Кобылка посмотрела на испачканную в красном шерсть около её пизды и запаниковала.
Она побежала к двери.
Рэрити ожидала это и схватила Сильвер магией прежде, чем та смогла спастись. Дрожащий жеребёнок был брошен магией в направлении кровати, и кобыла побежала за ней, запрыгнула сверху и придавила.
— Да, сейчас я исполню твоё желание, шлюха... — прошептала Рэрити. Глаза Сильвер наполнились слезами.
Рэрити лизала грудь и живот Сильвер, покусывала её маленькие соски, одновременно прицеливаясь огромным пластиковым хером.
Рэрити наклонилась вперёд и оказалась лицом к лицу с Сильвер Спун, которая была слишком напугана, чтобы говорить.
— А вот сейчас будет БОЛЬНО!
И с этим Рэрити вошла в Сильвер так сильно, как могла. Кобылка закричала. Её узкая молодая дырочка была растянута за пределы возможности. Сильвер забилась в агонии и стала вырываться, но Рэрити держала её крепко, не оказывая жеребёнку ни капли милосердия. Сильвер Спун могла видеть взгляд полного экстаза на лице Рэрити, когда кобыла начала двигать огромным оружием внутри кобылки. Она не пыталась устроиться удобней или выработать некий ритм. Она лишь беспощадно насиловала Сильвер, забивая в неё ужасную игрушку снова и снова. Крики Сильвер не содержали слов, только несвязанные стоны и вопли боли. Каждый толчок был больнее предыдущего.
— Да, о да, моя маленькая сломанная игрушка! — стонала Рэрити, насилуя жеребёнка. — Такие восхитительные крики, такая тугая, разрушенная пиздёнка! Ох, кричи громче, дорогая! Позволь услышать твои мучения! — Рэрити начала ускоряться, скалясь от удовольствия.
Сильвер Спун больше не могла говорить или думать. Она чувствовала, будто тело больше не принадлежало ей. Она подверглась насилию, вторжению, и теперь она могла только кричать, плакать и ощущать мучительную боль от каждого толчка. Из этого сейчас состоял её мир.
С последним мощным толчком Рэрити кончила. Она закричала от волн полного экстаза, захвативших её. Крик удовольствия Рэрити идеально совпал с последним, отчаянным воплем Сильвер, после которого кобылка совсем охрипла.
Кобыла, наконец получив удовлетворение, рухнула на кобылку без единого слова. В обычной ситуации это было бы больно. Но опустошённый разум Сильвер Спун едва заметил это.
Сильвер Спун провела полчаса в рыданиях от боли, прижатая спящей Рэрити. Наконец, кобыла повернулась во сне, и огромный страпон освободил пизду Сильвер.
С огромным трудом кобылка выбралась с кровати и похромала к двери. Рэрити всё ещё крепко спала, так что её ничто не останавливало от возвращения домой.
Сильвер Спун посмотрела на спящую кобылу, что только что её жестоко изнасиловала. Она мирно спала, на лице красовалась улыбка. Страпон был весь в крови и соках Сильвер. Похоже, Рэрити удалось загнать его почти на половину.
Сильвер была поражена, что такой монстрище побывал в ней. Но помимо этого, она всё ещё не отошла от той остервенелости, с которой Рэрити насиловала её. Кобыла не показала никакого интереса о состоянии Сильвер. Ей вообще было плевать на всё, кроме своего удовольствия.
— Так больно...
Сильвер Спун отошла от двери.
— Вы сделали это...
Кобылка села на пол.
— Вы причинили мне больше боли, чем я считала возможным...
Сильвер Спун начала тереть свою пизду. Её дырка всё ещё очень болела, и касания делали только хуже.
— Да...
Сильвер начала трахать себя копытом, позволяя боли смешиваться с удовольствием.
— Мисс Рэрити, вы ужасный зверь, полный ненависти...
Она ускорилась, наслаждаясь вспышками боли, что пронзали её киску.
— Я ваша! Я ваша! Бейте меня! Насилуйте! Мне плевать на всё, пока именно вы делаете это!
Первый оргазм Сильвер Спун был перемешан с интенсивной жгучей болью. За каждую волну удовольствия, была равная, сильная волна мучений. Идеально. Сильвер Спун счастливо стонала, пока боль омывала её.
После этого она проковыляла обратно к кровати. Туда, где спала порочная, незаботливая пони, что изнасиловала её. Сильвер Спун обняла кобылу и поцеловала в губы.
— Я люблю тебя, — сказала кобылка.
Рэрити, до сих пор совершенно бодрая, усмехнулась про себя. Она ещё навеселится со своей новой игрушкой.
— ЭПИЛОГ —
Совсем неподалёку Свити Бель лежала в своей комнате, спрятавшись под одеялом. Не первый раз она слышит крики из комнаты её сестры. Вообще, это происходит так часто, что она уже могла бы и привыкнуть к ним. Часть её радуется, что она никогда не привыкнет. Иначе она станет такой же бессердечной, как сестра.
— Я могла бы помочь, — проговорила она. — Может, если я войду туда, то смогу занять твоё место.
Свити знала, что это не так. Рэрити может иметь её, когда захочет. Приоритет всегда на "гостей".
— Кем бы ты не была, — сказала Свити неизвестному жеребёнку, которая даже не могла её услышать, — прости. Прости, что моя сестра такая.
Она говорила это всякий раз, услышав очередные крики. Словно ритуал.
— Большую часть времени она хорошая... Просто... просто больная... она не может контролировать свои желания... но иногда она добра со мной, не всегда трогает меня, а иногда трогает так, что мне это даже нравится... я тоже плохая...
Кобылка вытерла слезу.
— Глубоко внутри она хорошая пони. Однажды ей станет лучше. Однажды она не будет больше больна. Вот увидишь. Пожалуйста, прости её... прости мою сестру...
Свити Бель вылезла из постели и подошла к стене. Там висел её рисунок, украшенный небольшими голубыми сапфирами.
— Словно яблочный пирог... — прошептала она.